?

Log in

No account? Create an account
Иван Меркурьев
Зелёная весточка. (рассказ) 
26th-Jul-2008 02:47 pm
Зелёная весточка.


Всю первую половину дня Хренов ходил по складу и убедился, что всё функционирует именно так, как он и задумывал. Товара завезли под завязку, но раскладка удобная, погрузчики с объёмом отгрузок справляются, люди расставлены правильно. Даже компьютерная система сбоев пока что не давала, но Хренов понимал, что сбои будут, и чем раньше, тем лучше. Однако именно внедрение этой системы составило чуть ли не половину затрат на весь склад. Хренов пошёл на эти траты, потому что помнил старый закон Джилбы:
Компьютеры ненадежны, но люди еще ненадежнее. И любая система, зависящая от человеческой надежности, ненадежна.

О таком складе Иван Хренов мечтал все десять лет с тех пор, как он открыл свою фирму. Будучи программистом по образованию, он когда-то грезил маленькой фирмочкой, производящей софтвер, то есть программный продукт. Мечтал так же вожделенно, как отец Фёдор о свечном заводике. Но действовать методами этого лжесвященника Иван не смог бы – воспитание не позволяло. В отличие от отца Федора Иван был настоящим христианином. И хотя родители были атеистами, они каким-то странным образом внушили сыну основную заповедь: поступай с людьми так, как хочешь, чтобы поступали они с тобой.
Хренов чувствовал, что волчий бизнес 1990-х - не для него. Но постоянная нужда заставляла его обдумывать планы создания своего «программного заводика».
Однако жизнь предложила совсем другую идею.

Хренов работал в «космическом» КБ, получая 100 долларов в месяц, на которые должны были жить жена и два сынишки, трёх и пяти лет. КБ умирало, заказчики перестали расплачиваться деньгами, изредка рассчитываясь собственной продукцией.
В один из летних дней в комнату, где работал Хренов, зашёл разъярённый завлаб и сообщил сотрудникам, что зарплату будут выдавать какими-то дезодорантами. Два года их лаборатория делала сложнейшую систему для химзавода, а тот «отблагодарил» дезодорантами, поскольку сам уже был почти банкротом.
- А много ли дезодорантов дадут? – спросил Иван.
- Две фуры пришли, на всех хватит. – ответил завлаб.
- Одинаковые или разные?
- Сходи на склад и узнай, если тебе интересно. Мне вот совсем не любопытно, потому что со спреями вместо денег домой не пустят.
Иван купил на складе два образца и показал их вечером тёще, трудившейся завотделом в универмаге. Только тёщины доходы и спасали их семью от натурального голода. Тёща образцы одобрила и сказала, почём и в каком количестве они такие спреи закупают. И заявила:
- Хватит тебе уже штаны просиживать и бредить о программировании – пора и делом позаниматься.
Через день Хренов внес в кассу собранные по всем знакомым деньги, сам загрузил в «Жигули» приятеля 20 коробок и сам же их выгружал в универмаге. Через 2 недели весь дезодорант был развезён по 10 разным торговым точкам. Иван наварил 80 процентов и заодно спас завлаба от развода. Через месяц он сидел в кабинете директора химзавода и слушал лекцию о химическом производстве. Договор о поставках в кредит на 30 дней был подписан вечером в ресторане, где директор, стесняясь, сообщил, что ему очень бы хотелось «на старости лет поснимать внуков на японскую видеокамеру».

В общем, Хренов успел. Он успел вписаться в рынок до того, как туда вывалилась тьма импортного продукта, убившая местного производителя окончательно. Иван легко переориентировался с заводов на импортеров и устоял. Он быстро сообразил, что поставщиков будет всё больше и больше, а розничные точки останутся в цене всегда. И стал создавать свою розничную сеть. Контейнера на оптовых рынках, маленькие отдельчики в торговых центрах и, конечно, постоянно подкармливые завотделами в универмагах.
Кризис 1998 года по Хренову практически не ударил, поскольку с валютой он дела не имел. Импортеры-поставщики пытались, конечно, перевести задолженности в доллары, но Хренов был неумолим, поскольку все договоры были заключены в рублях. Если уж «наезжали» совсем жёстко, то отдавал оставшийся на складе товар. Он всегда предпочитал действовать не по понятиям, а по документам.
С теми, кто «тёр по понятиям» и получал с него ежемесячную пайку, Иван договорился полюбовно. За годовую «абонентскую плату» крыша от него ушла. Напророчив, правда, что «ты делаешь большую ошибку, наступит время – сам поймёшь». Видимо, чтоб сомнений в этом было ещё меньше, Ивану сожгли машину. Жена билась в истерике, но он выстоял.
После кризиса дела шли неважно, но потом опять начался рост. Хренов следил за тенденциями розничного рынка и постоянно влезал во всякие строящиеся торговые комплексы. Так что сеть его развивалась, объёмы росли, и среди торговцев этого профиля фирма Ивана «Химпром» считалась крепким середняком. Таких было немало, но именно на них и держался весь рынок.
«Мелочь» умирала так же быстро, как и рождалась. А «крупняк» постоянно сотрясали какие-то разборки.
Единственным слабым звеном «Химпрома» был склад. Ассортимент был большой, использовались три помещения в разных концах города. Поэтому народу на складах работало много, ошибок делалось тоже много, и контроль был затруднён. Да и воровство росло, как на дрожжах.

Хренов никогда не брал денежные кредиты – только товарные у поставщиков. Ну, не хотел он связываться с банками. Логики в этом было немного, но Иван доверял своей интуиции, которая постоянно шептала: свяжешься с банком – быть беде.
Однако осилить строительство современного склада без привлечённых средств «Химпром» не мог.
Сама жизнь заставила Хренова идти в банк за кредитом, который он получил на очень выгодных условиях: двести тысяч долларов на два года под весьма умеренный процент. Причем начало возврата – на второй год.
За год всё было отстроено, и сейчас Хренов, совершив обход и поднявшись к себе в кабинет, пребывал в состоянии крайнего удовлетворения.
Ничто не может так порадовать мужчину, как ощущение выполненной важной работы. Особенно, если ты её сам задумал и сам же задуманное реализовал.

- Иван Андреич, к вам пришли! – на пульте связи раздался голос секретарши.
- Кто?
- Из милиции.
Проблемы с ОБЭПом у Хренова уже бывали не раз. По его впечатлениям, «отдел по борьбе с экономическими преступлениями» эти самые преступления «крышевал», а «боролся» только с легальными компаниями, причем весьма своеобразно. Накапывался «компромат», за который по закону полагался максимум административный штраф, после чего совершался «наезд» с опечатыванием складов. А дальше всё просто – либо на пару месяцев парализована работа, либо надо подымать все связи. Чтобы узнать «сколько хотят за то, чтоб отвязались». В последний раз на вопрос «сколько» был получен ответ «это вы должны цену назвать, за продажу бизнеса».
Хренов уже давно с этой публикой один не встречался. У него был договор с адвокатской конторой, откуда приезжали спецы для бесед с «налетчиками». «Спецы» обходились недёшево, но Иван полагал, что лучше легально платить юристам, чем давать взятки ментам.
- А кто там? ОБЭП?
- Да.
- Ну, пусть подождут. Я сейчас адвокатам позвоню.
- Иван Андреевич, они уже склад опечатывают.
- Сейчас я выйду, а ты сама, Ань, адвокатам позвони.
- Хорошо.
Хренов открыл дверь своего кабинета – в приемной сидели два милиционера.
- Проходите, - сказал он с нескрываемым раздражением. – Аня, ты записала данные товарищей?
- Да.
- Хорошо. – Хренов жестом показал непрошенным гостям, куда присесть, и спросил – Чем обязан?
Высокий стройный майор, похожий на Алена Делона, протянул Ивану бумажку и сказал:
- Мы сюда прибыли в обеспечение вот этого решения.
Хренов пробежал бумажку взглядом.
« Постановление мирового судьи Федорова. …рассмотрев заявление миноритарного акционера ООО «Химпром» Федора Хандруева о несоблюдении его прав и нанесении ему убытков мажоритарными акционерами…я постановил:
1.Назначить конкурсного управляющего в ООО «Химпром».
…..
Данное решение может быть обжаловано в течение 10 дней в суде Ленинского района.»

Иван посмотрел на дату постановления – прошло 12 дней.
Хренов усмехнулся:
- Вы адресом ошиблись. Вы ошиблись адресом!
- Это ООО «Химпром»? – спросил Делон.
- Да, но никакого «миноритария Хандруева» тут нет и в помине.
- Это не наш вопрос. Наш вопрос – обеспечить допуск конкурсного управляющего к месту работы.
Из приёмной раздался Анин визг. Иван вскочил, оба мента тоже встали. Делон жестом предложил Хренову сесть.
- Не надо глупостей. У нас тут целая бригада, перед которой поставлена задача исполнить постановление суда.
- Подождите, но почему вы, а не судебные приставы хотя бы?
- Это вопрос не по окладу. Нам начальство приказало – мы работаем, – мирно ответил Делон.
- Но это ошибка!
- Чья? Судьи?
- Да.
- Ну, так с судьей и разбирайтесь. Вам же свободу не ограничивают.
- Но, может быть, имелся в виду другой «Химпром»?
- Почему?
- Потому что у меня нет акционеров! Я – единственный владелец, понимаете? Единственный!
- Но суд считает иначе.
Хренов взял постановление и еще раз внимательно его изучил. Ни юридического адреса, ни ИНН в постановлении не было. Не было вообще ничего, что помогло бы определить, о каком «Химпроме» шла речь.
- Но тут не написано, что это про мою фирму, и адреса моего нет.
- И что? Разве есть другой адрес?
- Нет, другого тоже нет.
- Вот видите. Я же вам говорю – начальство знает, что делает.
- А кто ваше начальство?
- Ну, вы же данные наши взяли, так что легко определите при желании.
- Это понятно. А сами чего ж не скажете?
- Так вы же жалобы начнёте строчить.
- Ясно, - выдохнул Хренов и взял мобильник.
- А вот этого не надо, - Делон подскочил к Ивану. – Звонить никуда не надо.
- Почему? Я что, права не имею позвонить?
- Право имеете, но звонить не будете. Посидите спокойно, мы уже скоро закончим.
- Я бы просил вас учесть, что я не уголовник, понимаете? Не уголовник, а бизнесмен с хорошей репутацией. Так что ведите себя достойно!
- Нет проблем, но и вы войдите в наше положение. Мы же сами себе приказов не отдаём.
Минут через пять у Делона зазвонил телефон.
- Хорошо, - ответил мент и обратился к Ивану – Ну, пойдёмте.
- Куда?
- На выход.
- С вещами?
- Да нет, налегке. Но брать с собой отсюда ничего не надо.
У Хренова похолодело внутри, но он собрался и жёстко ответил:
- Я никуда отсюда не уйду.
- Это вряд ли, - вяло откликнулся Делон. – Ну, сами подумайте – мы при исполнении, а вы сопротивляетесь законной власти. Прошу вас, не заставляйте нас применять силу.
- Попробуйте! – с вызовом сказал Иван и нажал на компьютере кнопку. Этой кнопкой уничтожалась вся информация на жестком диске.
- Ах ты, сучонок! – рявкнул Делон, рванулся к Хренову и попытался ударить его в челюсть. Иван отшатнулся и перескочил через стол к другой стене, где его начал валить напарник Делона.
В кабинет ворвались бравые ребята в спецовках с надписью «Частное охранное предприятие «Янтарный». Иван получил несколько чувствительных ударов в корпус и обмяк.
«Охранники» выволокли его за территорию и бросили в сугроб, напоследок ударив по почкам.

Адвокатская «Тойота» подъехала минут через 10, когда Хренов уже отряхнул с себя снег и успел почувствовать, до чего же сильно болит в боку.
- Ну, что тут у тебя? – спросил Виктор.
Рассказ он выслушал, не перебивая, только помечал что-то в блокнотике.
- Ты удаленную вебкамеру в кабинете поставил, как мы советовали? – поинтересовался работавший с Виктором в паре Дмитрий.
- Нет. Руки не дошли ещё.
- Плохо. А учредительные документы, свидетельства о собственности, печати где? В офисе, конечно?
- Да.
- Понятно. А фамилию судьи помнишь?
- Федоров.
- Есть такой. Известная личность. Извини за вопрос, но у тебя хоть какие-то деньги остались?
- Немного дома есть. Тысяч десять.
- И всё?
- Ну, найду у кого занять, если надо.
- Хорошо. В общем, так – сейчас мы отвезем тебя в травмпункт снимать побои, а потом обдумаем план действий.
Когда Хренов вышел из машины у таблички с красным крестом, Виктор глянул на Дмитрия:
- Гринмейл?
- Строго говоря – нет, но по сути – конечно.
- Ну, и что будем делать? Сразу всё объясним или…
- Или. Раз деньги какие-то остались, надо их освоить.


Вечером Хренов сидел с адвокатами в кафе.
- Справку взял? – поинтересовался Виктор.
- Да.
- А чувствуешь-то себя как?
- Нормально, бок только болит.
- По почкам били?
- Угу.
- Надо к специалисту сходить. Если, не дай бог, выяснится, что есть проблемы - тоже возьми справку.
- Ладно. А что делать-то будем?
- Надо идти к этому судье. – сказал Дмитрий, - У нас ходов на него нет, мы недавно с ним скандалили. Так что пойдёшь сам. Главное – это получить от него оригинал постановления. Так что возьми с собой все документы свои и по конторе. Все, какие есть. Вести с ним душеспасительные беседы бессмысленно. Но, может быть, за деньги он тебе покажет материалы дела. Это была бы большая удача. И всё, что ты там увидишь, надо законспектировать. И не надо ему угрожать - он вполне может ваш разговор записывать. А мы пока поищем этого Федора Хандруева, если он вообще существует на белом свете.

Мировой судья Федоров пребывал в двухнедельном отпуске. Хренов нанял частного детектива с редким именем Харитон. Тот разузнал, что судья собирался поехать на австрийский курорт, но пока еще находился на своей даче. За пятьсот долларов судья согласился встретиться на 10 минут у железнодорожной станции. Харитон привел Ивана в условленное место, дождался прихода судьи и ушёл.
- Здравствуйте. – начал Хренов – Вы помните постановление по «Химпрому»?
- Доброго денька. А о чем там, напомните?
- О конкурсном управляющем.
- Ну, помню. Там было заявление миноритария о невыплате дивидендов в течение двух лет и об искажении отчета о прибылях.
- Но в «Химпроме» нет миноритариев. Там вообще один хозяин.
- Молодой человек, вы что - считаете, что я с бухты-барахты вынес решение? У меня был полный комплект документов, включая учредительные. Заметьте – оригиналы, а не заверенные копии.
- Но это подделка!
- А у нас нет своей криминалистической экспертизы, это не наша функция.
- То есть получается, что любой может подделать документы, принести их вам, и вы примете решение, исходя из этих подделок? Или любой не может? Только избранные?
- Молодой человек, мне кажется, что вас не туда понесло. А времени у меня совсем мало. Не могли бы вы поконкретнее сформулировать свои вопросы? Зачем я вам понадобился?
- Могу ли я посмотреть материалы этого дела?
- Видите ли, я завтра улетаю. Появлюсь только через две недели. Вот тогда и потолкуем. А вы пока переговорите с миноритарием. Может, всё и так для вас прояснится.
- А как я вас найду?
- Ну, сегодня же нашли.
Судья попрощался и ушёл в сторону леса.

Фёдор Хандруев был потомственным кузнецом деревни Шпаклюевка. Мужиков в Шпаклюевке осталось мало, лошадей ещё меньше. Пробродив в поисках кузнеца по деревне с полдня, Хренов нашёл халупу, которая была когда-то кузницей. В стельку пьяный Хандруев сидел в сенях.
- О! – рявкнул Хандруев – Принёс?
- Чего принес?
- Аааа-уууу! – прорычал миноритарий, хлопнул стакан и упал со стула.
Иван подскочил к нему – Хандруев спал. Прямо в грязном ватнике и драных валенках. От миноритария шел такой запах, что сомнений не оставалось – в туалет он не выходил давно.
Хренов вышел из зловонного помещения и, оглядевшись, направился к соседнему домишке. По совету адвокатов, Иван должен был привезти нотариально заверенные показания Хандруева о том, что «никакой собственности в «Химпроме» у него нет» и что «никаких заявлений он никуда не писал».
Хренов устроился жить в ближайшем райцентре, нашел нотариуса по фамилии Дядькин, обо всём с ним договорился и даже оставил маленький задаток. Дядькин до денег оказался охоч и предложил свои услуги на будущее.
Соседка Хандруева дверь открыла не сразу, предварительно посмотрев в окошко.
-Здравствуйте, - как можно любезнее сказал Иван, - Вы не подскажете – а ваш сосед трезвым-то бывает?
- Ой, - запричитала старуха – да я этого ирода тверезым уже месяца два не видела. Обычно как – пенсию пропьёт, а потом ходит, сыч проклятый, все выискивает, чего бы украсть. А тут два месяца не просыхает вообще.
- А на что пьёт-то?
- Да приезжали к нему какие-то на джипе. Чего уж там они делали – не знаю, но с тех пор пьёт без просыху.
- Понятно. А как его отрезвить, не подскажете?
- Когда деньги на водку есть, то никак. Ну разве что пить с утра не давать.
- Бабушка, а помыть вы его сможете?
- Это как это?
- Ну, у вас сколько пенсия?
- Ой, не спрашивай, разве это пенсия? Полторы тыщи дают.
- Я вам дам полторы тысячи, если вы его в человеческий вид приведёте завтра с утра.
- Ох, милок, не знаю.
- И еще столько же, если вы с ним посидите сегодня ночью, чтоб он напиться не успел с утра.
- Эээ, нет. Как же ему выпить не дать? Он ить убьёт! Это уж ты сам давай.
- А может быть, кого-нибудь попросить из ваших, деревенских?
- Кого? Бабу он убьёт, а мужики сами напьются. Они ж рядом с водкой просто так усидеть не могут.
- Что, прям так и убьет?
- Ну, покалечит. Не, это ты сам. И построже с ним. Алкаши же только на словах молодцы, а как нарвутся - так затихают. А я к семи утра воду нагрею, сноху позову – отмоем его. Сноха к вам зайдет, какую-нибудь одёжу для этого ирода посмотрит.
Хренов зашел в сельпо, купил себе провизии и вернулся в кузню. Всю ночь он провел, сидя рядом с храпящим миноритарием, и думал о случившемся.
По всему выходило, что его заказали. Именно его. Но кто и за что – это оставалось загадкой. Невозвращенных долгов у Хренова не было, на рынке он вел себя неагрессивно, дорогу, вроде бы, никому не перебегал.
В 6 утра Хандруев зашевелился и зарычал. Открыв глаза, он уставился на Ивана:
- Ты хто?
- Твой ангел-хранитель!
- Чавооо???
- И тихо тут. Рыпнешься – башку разнесу. Понял?
- Ты чё тут раскомандовался? – Хандруев смягчился.
- Ничё. Кто к тебе приезжал два месяца назад?
- А я почем знаю?
- О чем говорили?
- Бумажки какие-то попросили меня подписать за социальную помощь.
- Какую помощь?
- Социальную! Я ж пенсионер, а всю жизнь на государство отбатрачил, ветеран труда, ептыть. Вот сейчас государство обо мне и заботится, как положено. Две тыщи рублев помощи выделило, ребята из собеса привезли прямо на дом. Ну, я и расписался в получении. Нотариус с ними был, всё заверил.
- Читал, что подписывал?
- Нет.
- Ясно, ты сейчас пойдёшь со мной к соседям, тебя приведут в порядок. И мы поедем в райцентр. Там ты подпишешь бумагу, я куплю тебе водки и дам тысячу рублей. Иначе – ты сядешь, потому что приезжал к тебе не собес, а бандиты, и подписал ты не получение помощи, а свой приговор. Ты понял меня?
- Понял. Но надо остограммиться.
- После нотариуса.
- Ну давай тогда по-быстрому. Сейчас, только в сортир зайду.
- Валяй.
Хандруев вышел в сени, резко рванулся к стенке, схватил початую бутылку, стоявшую на дровнике и опрокинул ее в рот. Иван успел выхватить бутылку только после того, как граммов сто уже было уничтожено. Хандруев довольно рыгнул и изрёк:
- Я ж сказал, что надо остограммиться. Не бзди, всё будет нормуль!
Ивана начало подташнивать от запаха, исходившего от миноритария.
Пришла сноха, нашла какие-то шмотки. Через час Хандруев был готов к поездке. По крайней мере, от него перестало вонять.
Хренов посадил «партнера» на переднее сидение, рядом с водителем, которого нанял в райцентре. Не доезжая до сельпо, Хандруев резко открыл свою дверь, вывалился из машины и дал дёру. Хренов с водителем отловили его минут через пять, по уши извалявшись в снегу. Хандруева посадили назад. Иван пожалел, что не взял с собой наручники.
Нотариус Дядькин принял быстро, получил свои деньги и снова сообщил о готовности к дальнейшему сотрудничеству.
- Этот нотариус был у тебя? – спросил Иван.
- Не, этот щуплый какой-то. А там был мосёл.
- А ты сам-то чем занимаешься?
- Пенсионер я, заслуженный. Да к тому же с инвалидной книжкой. Поэтому угроз твоих про отсидку не боюсь. Я всю жисть на государство положил, а оно? Ладно, давай обещанное.
Хренов выдал магарыч, тысячу рублей и стал прощаться.
- Э, а обратно отвезти?? Ты чего? – заорал миноритарий.
Иван дал водителю еще 200 рублей.
- Ну, будь здоров.
- И тебе не хворать. Понадобится чего – заезжай, встречу как родного!
Иван оглядел «партнера» и ему даже стало жалко Хандруева. Приличного вида старикан, а через два часа опять превратится в животное.

Хренов сумел встретиться с судьёй только через месяц. Кое-какие документы он подсобрал; адвокаты рвения не проявляли, ограничиваясь консультациями. На территорию «Химпрома» доступа не было, поэтому узнать, что там происходило, Иван не мог.
За три тысячи долларов судья разрешил посмотреть дело.
- Оспаривать будете? – поинтересовался судья.
- Не знаю пока. Хочу разобраться.
- Это мудро. Тут один столичный человечек у нас в городе будет через недельку-другую. Очень опытный. Хотите – сведу?
- Хочу.
- Хорошо, я дам ему ваш телефончик.

Слух о произошедших с «Химпромом» бедах распространился по рынку достаточно быстро. Многие конкуренты звонили, выражали сочувствие, предлагали помощь. На складе в момент наезда было товара на 5 миллионов долларов, из которых четыре были товарными кредитами импортеров. Импортёры, естественно, были обеспокоены больше всех. Особенно самый крупный из них, «Фрегат», чья доля в кредитах была наибольшей - полтора миллиона.
Хренов почувствовал, что пора начинать переговоры. Полтора месяца – достаточный срок, чтобы уяснить своё положение. И невозможно отпираться бесконечными разговорами о том, что «выясняем, разбираемся». Если бы он свалил за границу – а многие так и советовали сделать – то было бы проще. Ну, наехали на человека – он ушел в тень, загасился. Объявится – будем разговаривать. А Хренов никуда не уехал и ни от кого не прятался. Ехать ему было не на что, а скрываться – не от кого. Он хотел разобраться: что произошло и что еще произойдёт. Ну, и стандартные русские темы: кто виноват и что делать.
Отношения с «Фрегатом» накалялись. Если с остальными поставщиками удалось хоть как-то договориться об отсрочке начала прямых переговоров о выплатах, то «Фрегат» занял жёсткую позицию. А вот из банка почему-то не звонили. По этой тишине Иван понял, что счётом оперирует конкурсный управляющий, а его, Хренова, финансовую подпись банк убрал. И, значит, проценты по кредиту «Химпром» платит. Почему-то это обстоятельство придавало Ивану толику оптимизма.
Позвонил «столичный человечек».
- Здравствуйте, я от Федорова. Меня зовут Арнольд. Расскажите, что там у вас?
- Давайте встретимся, по телефону не хотелось бы.
- Встретимся, не вопрос. Но вкратце сейчас скажите, чтобы я понимал. У вас захват?
- Ну, вроде, да.
- Когда, название компании?
- Почти два месяца, ООО «Химпром».
- Зарегистрирована здесь?
- Да.
- Собственность есть, недвижимая?
- Да, склад, офис.
- Хорошо. Я постараюсь разузнать и перезвонить вам дня через два-три.

Через день Хренов сидел в кабинете генерального директора «Фрегата».
- Поймите, - строго говорил гендиректор, - сумма вашего долга очень большая. Мы не требуем отдать его сразу, но переговоры должны проходить конструктивно. Мы хотим, чтоб был составлен график погашения. 20 процентов сразу, а остальное - в течение пяти месяцев, чтобы за полгода закончить эту историю.
- Да я вас понимаю. Но ситуация сейчас вне моего контроля.
- Но уже прошло два месяца. Вы что, так и не разобрались в том, что у вас происходит? Не приняли мер?
- Я разбираюсь. Подал уже два иска: о нанесении телесных повреждений и о признании незаконным постановления мирового судьи. Но не всё от меня зависит.
- Это понятно, но поймите и вы нас – сумма большая, у нас проблемы с оборотными средствами, мы срываем выполнение контрактов с зарубежными поставщиками. Это подрывает нашу репутацию, заработанную годами. Мы не можем постоянно проникаться вашими проблемами. В конце концов, это ваши проблемы, и вы сами должны их решать. И уж точно не за наш счёт.
- Но ведь такая ситуация может случиться с любой фирмой, в том числе и с вашей, тьфу-тьфу! – Хренов постучал по столу.
- Но случилось-то с вашей! А за нас вы не переживайте, мы свой бизнес контролируем со всех сторон. В общем, жду от вас подписанного через день графика выплат. Если не подпишете, то мы вынуждены будем прибегнуть к другим, более жестким, способам решения этой проблемы. Это не угроза, поймите, сумма слишком велика, и мы не можем пустить это дело на самотёк.
- То есть вы не намерены проявить гибкость, несмотря на наши давние хорошие взаимоотношения?
- Нет, больше гибкости не будет. Запомни – мы долгов не прощаем. И если ты по своему лоховству пропёр весь бизнес, то мы за это платить не будем! Жду тебя послезавтра в 15 часов.

Иван вышел из «Фрегата» в не лучшем настроении. Характер «жестких мер» он представлял себе достаточно хорошо. Бандитский арсенал небогат - независимо от того, идет ли речь о натуральных бандитах или о государстве. Надо прятать семью. Но денег у Хренова осталось - кот наплакал. Пришлось даже сэкономить на врачах, хотя с отбитыми почками возникли проблемы. Надо идти по приятелям и просить в долг. Неясным было только одно - с чего отдавать?
Арнольд позвонил на следующий день, и они встретились в маленьком кафе.
- Давайте так. У меня есть час. Десять минут вы мне рассказываете всю историю, остальное время посвятим анализу. Лишние подробности опустите. У вас гринмейл?
- Не понял?
- Ну, ладно, рассказывайте.
Иван сосредоточился и выложил всё, что случилось с ним за последние два месяца. Как он из преуспевающего и уважаемого бизнесмена превратился в ничто.
Арнольд слушал внимательно, периодически перебивая фразой «ясно, давайте дальше». Ясно ему было, судя по всему, немало еще и до рассказа.
Когда Иван закончил, Арнольд взял быка за рога:
- В общем, так. У нас есть два пути. Первый – я вам подробно рассказываю, что именно произошло, и как действовать дальше. И дам кое-какие документы, вас касающиеся. Стоит это 500 долларов. Второй – я просто отдаю вам документы и даю краткую лекцию по гринмейлу. За 100 долларов. Это то, во что мне обошлись эти документы. Какой путь выберем?
- Первый.
- Договорились. Итак, у вас произошёл недружественный захват фирмы. Это можно назвать гринмейлом, хотя, строго говоря, гринмейл – это корпоративный шантаж. Например, с целью заставить корпорацию выкупить акции у гринмейлера по назначенной им цене. У нас под гринмейлом понимается и захват собственности тоже. Гринмейл, как вы понимаете, переводится как «зеленое письмо». Мне больше нравится «зеленая весточка». Есть еще и «блэкмэйл», там отнимают собственность трупа, но это, к счастью, не ваш случай. Занимаются этим компании-рейдеры, но у них практически всегда бывает заказчик. Рейдер – только исполнитель, он придумывает схему и реализует её в рамках выделенного заказчиком бюджета. Итак, на вас напал рейдер. Скажите, вам поступало предложение продать бизнес месяца четыре назад?
- Да, от ОБЭПа. Но я решил, что они совсем выжили из ума.
- Вот это и был гринмейл, весточка. Вы её не восприняли, и рейдер пошёл работать.
- А как я должен был воспринять?
- Есть три варианта. Первый – начать торговлю о цене продажи и продать. Второй – немедленно организовать защиту от рейдера.
- Какую?
- В вашем случае такую: немедленно убрать из офиса все печати, учредительные документы и свидетельства на собственность. Создать несколько новых фирм и слить на них все активы. В общем, сменить личину. А лучше всего – нанять специалистов. Это достаточно дорого, но всяко дешевле, чем потеря бизнеса. А третий – это тот, который и случился с вами.
- То есть?
- То есть: вы не понимали, что вам грозит, и с бравадой отмахнулись. Ещё, наверное, и подумали, что в прокуратуру неплохо бы написать.
- Да, была такая мысль.
- Подсказанная общением с адвокатами, да?
- Да.
- А между тем адвокаты прекрасно поняли, что происходит, но ни словом вам не обмолвились. Знаете, почему?
- Нет.
- Потому что, как только они произнесли бы слово «гринмейл», мгновенно выяснилось бы, чтоб вам нужны не юридические консультанты, а совсем другие специалисты.
- И откуда я мог это знать?
- Полезно читать бизнес-литературу и быть в курсе того, что творится в стране. Но вернёмся к нашему случаю. Рейдер подделал документы «Химпрома» и ввел в учредители миноритарного акционера-бомжа. Потом от его имени подал жалобу в суд. Судья, конечно, был в курсе дела. Ставки на судей в вашем городе известны - как и перечень берущих судей. После чего рейдер подождал, пока решение судьи войдёт в законную силу, а потом, используя административный ресурс в виде ОБЭПа, захватил и фирму, и недвижимость. Конкурсный управляющий получил доступ к счету, складу и собственности.
- Но как я мог знать про решение суда?
- По гринмейлу. Ровно с этого дня ваша судьба была предрешена, поскольку вы не отреагировали на весточку. Схема могла быть и другой, но суть осталась бы той же – вас лишили бы всего.
- Но почему меня?
- Это второй, не менее интересный вопрос. Кто заказчик? Но начинать надо с вопроса: в каких целях вас захватили? Стандартных варианта два. Либо просто разграбить, либо отобрать прибыльный бизнес. Судя по этим документам, у вас первый вариант.
Арнольд протянул Хренову пачку скопированных листков.
- Ваш склад и офис за два месяца перепродан уже несколько раз, и последний приобретатель в глазах закона является уже добросовестным. Причем, он наверняка таким и является. То есть он не в курсе, что собственность тупо отобрана. Так что не стоит удивляться, что через некоторое время придёт в вашу вотчину новый, вполне приличный, хозяин. И продавать он будет не дезодоранты, а, допустим, одежду.
-Почему?
- Потому что вашего склада в смысле товара больше не существует. Он продан конкурсным управляющим фирме «Бабочка». На условиях: 200 тысяч долларов предоплата, остальное - в кредит на два года.
- Вы хотите сказать, что на моем складе вообще нет товара???
- Да. Как и денег на расчетном счету. Ну, и не подлежит сомнению, что «Бабочка» скоро умрёт, не расплатившись с «Химпромом».
- Значит, у меня ничего нет?
- Ничего.

Иван обхватил голову руками. Удар был слишком силён, но Хренов удержался от истерики. Через полминуты он поднял голову и спросил:
- Я могу отсудить всё обратно?
- Конечно. Года за два-три вы выиграете все суды и получите моральное удовлетворение. Но вернуть ничего не удастся. Более того - вы даже еще потеряете.
- На адвокатов?
- Это раз, но есть ещё неприятности. У вас кредиты есть?
- Есть, в банке.
- И много вы должны?
- 200 тысяч долларов.
- Так вот, вернув себе в управление «Химпром» вы станете должны банку эти 200 тысяч.
- Как это? А сейчас я не должен разве?
- Учредитель не отвечает за хозяйственную деятельность своего предприятия. Отвечает генеральный директор. В тот момент, когда банк допустил вместо вас к расчётному счёту конкурсного управляющего, он переложил на него и ответственность за возврат кредита. И с вас лично банк ничего не может требовать, несмотря на то, что вы были и остаётесь законным владельцем «Химпрома». Точно такая же история и с товарными кредитами от поставщиков. Вам просто необходимо объявить себя банкротом. То есть сказать всем правду. Легальных путей получить долги «Химпрома» лично с вас просто не будет. Можете даже дать интервью в вашу главную газету и рассказать о всех ваших злоключениях. Журналисты любят жареное.
- А нелегальные пути?
- Ну, тут сложнее. Но давайте встанем на место вашего кредитора. Он будет знать, что вы не вор и не мошенник. А жертва гринмейла. Он будет знать, что вам нечем сейчас отдать долг. Убить вас означает лишиться всяких надежд - раз, и крупно подставиться - два. Конечно, отморозки встречаются, но в крупном бизнесе их почти не осталось. Да, для вас такой путь - это риск, но не такой уж большой по сравнению с тем, что будет, когда вы увеличите свой долг по максимуму, снова вступив в управление «Химпромом».
- Ну, а заказчик-то кто - это вы знаете?
- Нет. Но это уже не столь важно. Вы же не собираетесь хватать двустволку и идти убивать? Вы еще вполне молодой человек, умный, с опытом. Начнёте новое дело, у вас все получится. Если будет совсем уж мучить совесть, то потихоньку со временем начнёте отдавать долги. Кстати, вам кто-нибудь из кредиторов угрожал уже?
- Ну, в общем, да.
- Вполне возможно, что это и есть заказчик. Но, судя по сюжету, больше похоже на ментов. Они навели рейдера, тот нашел заказчика на разграбление, а менты получили свой процент. На самом деле, мы многое поймём, когда объявится новый владелец вашей недвижимости.
- М-да,- пробормотал Иван, - а вы, однако, крепко в этой проблеме понимаете.
- Так я в этом рынке давно.
- Вы что, рейдер? – изумился Иван.
- Я работаю в инвестиционной компании «Зелвест». Чувствуете аббревиатуру?
- «Зеленая весточка»?
- Конечно.
- Ну, ясно…Сколько я вам должен?
- Я понимаю ваше состояние, поэтому готов получить свои 500 долларов и уйти.
- Хорошо.- Иван полез в кошелёк и понял, что сейчас будет наскребать пятьсот долларов «некрасивыми» рублями. Ушли те времена, когда он с лёгкостью вынул бы пять хрустящих зеленых бумажек.
- Но у меня есть к вам предложение, - мягко сказал Арнольд. - Хотите выслушать?
- Давайте.
- Я могу вам предложить возглавить филиал нашей компании в вашем городе. У нас уже имеются здесь свои интересы. А судя по тому, как вы расковыривали свое дело, задатки у вас отличные. И команда уже сформирована – детектив Харитон, судья Федоров, синяк Хандруев.
- И нотариус Дядькин, - вырвалось у Ивана.
- Ну, вот видите? Почитаете литературу, пообщаетесь с нашими спецами - и вперед! Об условиях договоримся, в обиде не будете. И запомните - мы работаем и антирейдерами. То есть - защищаем компании от гринмейла. Это к вопросу о моральной стороне дела.
- Понятно.

Иван Хренов почему-то подумал о том несчастном успешном бизнесмене, который сейчас озабочен проблемами роста объёма продаж, строительством склада, улучшением менеджмента и вообще - развитием компании. О том хорошем парне, который сам создает добавленную стоимость, а не ворует наличность, безналичность и недвижимость. И который никогда не слышал про зелёную весточку.
Иван Хренов встал из-за столика и всю свою оставшуюся волю вложил в удар правой. Кулак врезался Арнольду в лицо. Потом ещё раз, ещё и ещё…

Из подъехавшего милицейского «Уазика» выпрыгнул Ален Делон и зашёл в кафе. Деловито осмотрел лежавшего в кровяной луже Арнольда, над которым хлопотал врач «Скорой помощи», а затем подошёл к сидевшему в углу Ивану Хренову.
- Ну вот. А говорил – не уголовник. Чистый же бандит. И откуда только эта нечисть берётся?
Врач обернулся и согласно закивал головой.



Декабрь 2005
/с/ альманах «Литературные кубики».
This page was loaded Sep 23rd 2018, 12:43 pm GMT.